Евроцензура для крымчан: позвать, послушать и заткнуть

13.09.2018

СИМФЕРОПОЛЬ, 12 сен — РИА Новости Крым, Алексей Вакуленко. На ежегодной конференции ОБСЕ по правам человека в Варшаве европейские партнеры снова предприняли попытки "закрыть рот" делегатам из Крыма. Как и год назад, когда на одном из заседаний конференции по инициативе украинской стороны модераторы лишили слова председателя Крымской организации Союза журналистов России Андрея Трофимова.

На этот раз ведущие заседания "одумались", когда член Союза журналистов России, уроженец Керчи Александр Беланов в конце выступления признался, что он — крымчанин (притом что сам уже четверть века живет и трудится в Москве). По протесту украинской делегации, представитель которой отказывал сотрудникам государственных крымских СМИ и члену Общественной палаты Республики в легитимности их организаций, модератор тут же лишала крымчан слова. Но чудовищное недоразумение длилось недолго: после череды отказов представитель МИД России Максим Буякевич заявил, что недопустимо не предоставлять слово участникам конференции, зарегистрированным по всем правилам. В ответ на состоявшиеся выступления крымчан украинская делегация заводила старую пластинку об "оккупированном Россией Крыме" "незаконном удержании" осужденного за подготовку терактов на полуострове Олега Сенцова в российской тюрьме и возбужденных в Крыму уголовных делах против (безымянных, правда) журналистов. Черный ход свободы слова

Что такое хваленая свобода слова по-европейски, я узнал в марте 2014 года в Симферополе. В одном небольшом зале переговоров гостиницы "Украина", где тогдашний представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Дуня Миятович общалась с крымскими журналистами. По удивительному стечению обстоятельств, едва ли не все эти журналисты после воссоединения Крыма с Россией оперативно трудоустроились в Киеве. Войдя беспрепятственно в помещение, где проходила встреча, я уже было поверил в чистоту помыслов высокопоставленной мадам из Европы и ее открытость к диалогу. Но проблески намечавшейся веры затмил опомнившийся охранник, поспешивший навстречу. Он стал что-то бормотать по-английски и размахивать руками, попеременно скрещивая обращенные ладонями вперед руки. Известный жест, судя по всему, должен был убедить меня в том, что не только находиться там, но и фиксировать ход встречи нельзя. У входа в зал, где Миятович продолжала обсуждать проблемы свободы СМИ с "правильными" журналистами, показал охраннику украшенную трезубцем корочку корреспондента еженедельника, в штате которого еще формально числился. Натужно улыбаясь, парень с "пушкой" за пазухой талдычил, что после встречи у шефа запланирована пресс-конференция и, мол, там все узнаете. К тому времени у входа в зал собрались фотокорреспонденты, которым Миятович была куда интереснее за столом переговоров, чем перед объективами видеокамер. Вместе мы пытались объяснить охраннику, что пришли освещать встречу, и потому просим дать возможность хотя бы на минуту войти в зал, чтобы отснять беседу шефа с "правильными" журналистами. Но он был неприступен, как скала. И вряд ли этот крепкий парень подозревал о существовании в Уголовном кодексе Украины (в правовом поле которой Крым доживал тогда последние дни) статьи 171, что предусматривает до 3 лет лишения свободы за препятствование деятельности журналистов.

Затем в темный холл гостиницы, где собрались два-три десятка репортеров, из зала для встреч вышла госпожа Миятович и… направилась в уборную (на встрече были чай и кофе). Вернувшись, представитель ОБСЕ пересказала напевы "правильных" журналистов о нелегкой ситуации со свободой слова в Крыму, а затем стала отвечать на вопросы. И отвечала, пока обладающая хорошей дикцией корреспондент одного из российских каналов поставленным голосом спросила, почему встреча с журналистами носила закрытый характер. Выслушав вопрос, переводчик вместо того, чтобы переводить, вдруг, выдержав паузу, обратился к коллеге: "А вы какое СМИ представляете?" Та повторила, поскольку, задавая вопрос, представилась. Но и после этого перевода вопроса не последовало. Воспользовавшись молчанием, я стал, чеканя каждое слово, воспроизводить на английском вопрос коллеги. Миятович бормотала, что не понимает вопроса, я повторял его снова и снова, пока один из участников встречи не стал истошно вопить: "Не манипулируйте!" Вопрос без ответа оказался для пресс-конференции финальным.

Тем временем у входа в гостиницу собрались сотни активистов с плакатами и транспарантами, которые пришли высказать "фи" визиту леди из ОБСЕ. Внимание журналистов переключилось на этих людей, открыто признававшихся в любви к России. И в отличие от встречи представителя ОБСЕ с "правильными" журналистами и пресс-конференции с ответами на такие же "правильные" вопросы стихийный протест собравшихся у входа в "Украину" крымчан стал тогда подлинным образчиком свободы слова. Настолько, наверное, противной Миятович, что гостиницу она покинула через черный ход. Крым — синоним правды

Спустя четыре с половиной года остается признать, что занятые свободой слова в ОБСЕ товарищи верны традициям. Это подтвердила попытка модераторов конференции "заткнуть рот" крымским журналистам и общественникам, которых туда официально пригласили организаторы мероприятия. Не менее парадоксальным выглядело то, что в зале заседаний ни участникам конференции, ни безуспешно пытавшимся зафиксировать на фото или видео ход мероприятия журналистам бдительные охранники не давали этого сделать. "В зале было запрещено даже на смартфон сделать кадр! Нам в кулуарах потом объяснили, что, фотографируя происходящее, мы вторгаемся в личную жизнь участников. Охранники били по нашим объективам руками, выхватывали мобильные телефоны и смартфоны", — недоумевал член российской делегации Александр Беланов, которому посчастливилось выступить. И его недоумение справедливо: если все происходящее на конференции — сплошь личная жизнь участников, то что в таком случае представляет общественная жизнь этих людей, активность на поприще которой привела их в Варшаву?..

Весьма симптоматичным было и то, что ни один член украинской делегации, руководители которой выражали протест на выступления крымчан, и словом не обмолвился, что счастлив жить на Украине. Зато почти все они жаловались на убийства и уголовные преследования журналистов, а также случаи принудительного закрытия СМИ на родине. Пожалуй, организаторам конференции удалось то, чем в начале прошлого века грозил поэт Игорь Северянин: претворить трагедию жизни в грезофарс.

На полях конференции Крым стал синонимом правды, которая уж очень сильно колола глаза не только делегации с Украины, но и делегатам из ряда европейских стран, США и Канады. "Вообще, было сильно заметно, как всякий раз при слове "Крым" почти весь полуторатысячный зал нешуточно напрягался", — говорит Беланов. Но это не сильно волновало крымчан, за время пребывания полуострова в составе Украины привыкших достойно держать оборону. И потому докладом одного из них участники конференции не отделались. Под занавес очередного дня мероприятия секретарь Крымской организации Союза журналистов России Денис Симоненко дерзнул — и небезуспешно — просветить считающую себя и без того просвещенной Европу в области новейшей истории Крыма. Без лишних слов он рассказал, как с 1991 по 2014 год полуостров "находился под оккупацией Украины", что в 1991-м, накануне развала СССР, все советские республики, в том числе Крымская АССР, сделали выбор в пользу независимости. И, как заметил Симоненко, если европейское сообщество признает независимость Украины, то, руководствуясь теми же принципами, оно обязано признать независимость Крыма с 1991 года, не говоря уже о результатах мартовского референдума 2014 года.

А выступивший-таки со второй попытки генеральный директор телерадиокомпании "Миллет" Эрвин Мусаев призвал "всех, кто распространяет фейки, приехать в Крым лично и… увидеть правду", пообещав угостить ароматным и вкусным кофе.

Делегация из России указала руководству ОБСЕ на то, что недопустимо дискриминировать представителей Крыма на мероприятиях организации. Заместитель директора департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД РФ Григорий Лукьянцев отметил, что, в частности, делегации Украины, США и Канады в ходе конференции неоднократно ссылались на то, что Крым-де оккупированная территория, на которой не должны действовать российские законы. Дипломат предупредил руководство Бюро по демократическим институтам и правам человек ОБСЕ о том, что если подобные инциденты будут происходить далее, то российская делегация оставляет за собой право "прервать представителя любой организации, любого представителя гражданского общества, который начнет говорить о якобы аннексии, оккупации Крыма, российской агрессии на юго-востоке Украины".

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

https://crimea.ria.ru/opinions/20180913/1115206238.html
Количество просмотров:4

Материалы по теме

Загрузка...

Картина Дня

Мнения

Видео